Новое на сайте
Домой / Архивы с метками: святость

Архивы с метками: святость

Суббота Синая и суббота Храма

Рав Ионатан Гросман

(недельный раздел Ваякhель)

 

В недельном разделе мы просыпаемся от кошмара, который разорвал последовательность повествования Торы, приходим в себя после греха Золотого Тельца (главы 32-34). Писание возвращается к главному сюжету и продолжает передавать народу указания по построению Скинии. До греха Тельца мы читали о повелениях Бога Моисею (в недельном разделе Трума, Тецаве и начале раздела Ки-Тиса), а теперь в начале нашего недельного раздела Моисей передает народу божественные указания.

Порядок утвари Скинии  в пересказе Моисея народу отличается от порядка, в котором она перечислялась в повелениях Всевышнего Моисею. В целом можно сказать, что Моисей описывает Скинию и ее утварь в «географическом» порядке, в соответствии с местом, которое занимает определенная принадлежность в Скинии (от внутренней ее части – и вовне). Всевышний же описывал утварь Скинии Моисею в порядке, соответствующем ее важности и функции.

Мы займемся сегодня тремя стихами, открывающими недельный раздел – заповедью Субботы. Эта заповедь появляется в обращении Всевышнего к Моисею в конце списка заповедей о Скинии и ее утвари. (Исход 31:12-17). Но, когда Моисей передает заповеди народу, заповедь о субботе появляется в начале его речи. Это изменение не должно нас удивлять по двум причинам:

  • На литературном уровне тут есть попытка вернуться к главной последовательности повествования, как бы игнорируя грех Тельца. И когда читатель доходит до раздела Ваякhель и встречает указание о соблюдении Субботы, он сразу вспоминает, что именно эта заповедь была дана Моисею как раз перед тем, как он прочел о грехе Тельца. И так он возвращается к основному сюжету книги – построению Скинии Всевышнему.
  • На уровне реально происходящей истории, Бог передавал Моисею указания в соответствии с соображениями, отражающими сущность вещей. В этой плоскости, заповедь о субботе – призвана разъяснить нам, что нельзя строить Скинию в Субботу, в этот святой день, и поэтому она стоит в конце списка, после указания о том, кто должен заниматься работой. Это необходимые технические добавления, описать, кто должен делать работу и когда. Однако, когда Моисей передает эти заповеди народу, он должен сразу разъяснить технические подробности производимой работы, так как Скинию нужно реально строить. И поэтому Моисей начинает именно с базовых определений, касающихся работы построения Скинии, когда нужно работать и строить Скинию, и когда нельзя.

Эти соображения дают ответ на вопрос, почему заповедь Субботы располагается по-разному в двух перечислениях заповедей. Но они не объясняют, почему потребовалось снова разъяснять все подробности субботних законов. Даже, если есть необходимость заповедовать народу, чтобы он не занимался работой по построению Скинии в Субботу, то можно было сказать это более просто и прямо, в несколько слов. Почему Писание так растягивает указания относительно Субботы? В конце речи Бога Моисею в недельном разделе Ки-Тиса, заповеди Субботы отводится шесть длинных стихов, не смотря на то, что народ уже получил заповедь о Субботе в Синайской пустыне, (когда была дана народу манна), и далее, более подробно в Синайском Откровении (как в десяти заповедях, так и в недельном разделе Мишпатим). Таким образом, если упоминание заповеди Субботы в нашем разделе, нужно только, чтобы сказать народу, что нельзя нарушать Субботу даже для построения Скинии, то можно было бы сделать это гораздо короче.

Представляется, что если мы обратим внимание на точное содержание  заповеди Субботы связанной со Скинией, то обнаружим, что в ней есть поразительные дополнения, вещи о которых не было сказано ни в Синайской пустыне ни в Синайском Откровении, которые по сущности своей связаны именно со Скинией.

Раши и Рамбан расходятся (в комментарии заповеди Бога Моисею в разделе Ки Тиса), как именно мы учим из текста, что работа Скинии не должна выполняться в Шаббат. По словам Раши, это учится из начало заповеди: «Однако субботы Мои соблюдайте», и все «однако» («ах») в Торе должны трактоваться как ограничения. Поэтому здесь «однако» означает, что в Субботу нельзя строить Скинию. Рамбан не соглашается и говорит, само то, что заповедь о соблюдении субботы приводится в повелениях о строительстве Скинии, означает, что эта работа не отодвигает соблюдение Субботы и что следует избегать всякой работы в Субботу, включая работу по построению Скинии.

Вполне возможно, что простой смысл включает оба объяснения. Заповедь о Субботе приводится рядом с заповедями о Скинии для того, чтобы сказать Моисею (и людям), что в Субботу запрещено выполнять какую-либо работу, и, также, начало предложения со слова «однако», указывает на некое  противоречие со сказанным до этого. До сих пор Моисею было приказано строить и делать, однако «в Субботу — отдых от всякой деятельности».

В любом случае, представляется, что Тора разъясняет нам тут, что нельзя Скинию строить  в субботу. Однако, как уже отмечалось, здесь есть интересное дополнение, кое что, что мы не встречали в предыдущих заповедях о Субботе. Чтобы прояснить это, мы сначала рассмотрим другие места в книге Исход, говорящие о Субботе:

  1. В пустыне Синай. Там дано конкретное указание, чтобы Израиль не собирал манну в Субботу. Нужно оставаться в шатрах и питаться манной, выпавшей на шестой день в двойном размере.
  2. В Десяти Заповедях у заповеди Субботы есть четкая хиастическая структура, которая облегчает понимание природы и цели Субботы (Исход 20: 8-11):

а. Помни день субботний, чтобы освятить его.

б. Шесть дней работай и делай всякие дела твои, а седьмой день суббота Господа твоего Бога.

с. не делай никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец твой, который во вратах твоих.

б. Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, и почил в день седьмой.

а. Посему благословил Господь день субботний и освятил его.

Человек должен освящать день субботний, как и Господь (а). Смысл благословения в том, что работают в шесть дней, но в седьмой день — отдыхают, потому что это именно то, что сделал Бог, когда создавал мир. Центральная ось заповеди передает суть послания и суть закона – человеку заповедано отстраняться от работы, независимо от того, выполняет ли он ее сам или какие-то его помощники.

Две части этой структуры резко противопоставляют отдохновение от работы человека и освящение им субботы, и, с другой стороны отдохновение  Господа от Его работы и Его освящение субботы. Такая структура подчеркивает  требование к человеку уподобляться Богу, при отказе от работы в седьмой день.

3-4. В конце недельного раздела Мишпатим (23, 12) и в параллельном ему отрывке, говорящем об обновлении Союза после греха Тельца (34:21) приводится еще один раз заповедь Субботы. В этих отрывках имеется совершенно другое обоснование заповеди Субботы, отличное от приведенного  в десяти заповедях: «Шесть дней делай дела свои, а в день седьмой покойся, чтобы отдохнул вол твой и осел твой, и передохнул сын рабы твоей и пришелец». Заповедь Субботы тут сформулирована в социологических терминах, обязанности дать отдых слабым слоям общества, тем, кто служит более состоятельным хозяевам. Тора требует от хозяев дать в седьмой день отдых рабочим. (В десяти заповедях, упомянутых в книге Второзаконие Моисей тоже приводит этот смысл Субботы, но мы сейчас не будем углубляться в эту тему).

5-6. Еще два упоминания заповеди Субботы – это то, что Бог сказал Моисею в конце заповедей о Скинии, и то, что Моисей передал народу в начале нашего недельного раздела.

Уже в первом чтении мы находим тут два добавления, с которыми мы не встречались ранее. И эти добавления связаны одно с другим: «Кто осквернит ее, смерти да будет предан, ибо кто будет в оную работать, та душа истреблена будет из среды народа своего» (31:14). Тут мы первый раз узнаем, что есть наказание тем, кто не соблюдает Субботу. И не только, что есть наказание, но что это самое тяжелое наказание – «карет», отсечение души. Второе: в нашем разделе появляется в отношении нарушения Субботы понятие «хилул» (осквернение, обудничновение). Чтобы была возможность осквернить, превратить в будничность что бы то ни было, нужно, чтобы эта вещь имела присущую ей святость. Когда что-либо свято, то есть возможность нанести урон этой святости. Такого подхода к заповеди Субботы мы до этого не встречали. И хотя уже в Десяти Заповедях была дана заповедь освящения Субботы, однако, в простом понимании текста заповеди там, можно было понять, что реализация «освящения» достигается через воздержание от работы в этот день, то есть святость Субботы связана с конкретными действиями человека. Тут же выясняется, что тот, кто делает работу в Субботу, не только выбрал не освящать ее, не просто нарушает закон Торы, но еще и осквернят Субботы, наносит ущерб ее имманентной святости.

Чтобы прояснить эту тему, рассмотрим литературную структуру заповеди Субботы. Разберем сначала длинный отрывок, в котором Бог заповедает ее Моисею (31:12-17). Когда Моисей передает повеление народу, он цитирует эту заповедь с сокращениями (как мы увидим это далее).

а. Однако субботы Мои соблюдайте

б. Ибо это – знамение между Мною и вами в роды ваши

в. Чтобы знали, что Я Господь, освящающий вас.

г. Соблюдайте же субботу, ибо Святыня она для вас

д. Кто осквернит ее, смерти да будет предан, ибо кто будет в оную работать, та душа истреблена будет из среды народа своего.

ж. Шесть дней пусть делается работа, в день же седьмой – суббота покоя, Святыня Господу

д. Всякий, делающий дело в день субботний, смерти да будет предан.

г. И пусть соблюдают сыны Израиля Субботу

в. чтобы установить Субботу в роды их заветом вечным

б. Между Мною и сынами Израиля она – знамение вечное

а. что (в) шесть дней создал Господь небо и землю, а в день седьмой перестал работать и отдыхал.

Тут тоже однозначно просматривается хиастическая структура заповеди. Центральная ось тут (ж) подчеркивает основу заповеди – после шести дней работы нужно отдыхать в седьмой день. Если мы прочтем это центральное предложение и вслед за ним последнее предложение этого отрывка, то у нас получится то, что сказано в Десяти Заповедях. Однако тут есть дополнения. С двух сторон от центральной оси мы читаем о наказании смертью тому, кто оскверняет Субботу (д). А в более широком круге хиязма – снова возвращается Писание к требованию соблюдения Субботы (г). В еще более широком круге Писание подчеркивает отношение Бога к своему народу через Субботу (в) – освящение и установление). И самый широкий круг мы читаем о Субботе, как о знамении между Богом и Израилем (б). И самая внешняя рамка разъясняет нам смысл добавления к центральной идее: Нужно соблюдать Субботу так как Всевыший соблюдал ее при Творении мира (а).

Таким образом рамки заповеди и ее главная суть повторяют то, что сказано в Десяти Заповедях. Но это подобие только подчеркивает, что тут есть важные добавления, которые связаны с сутью заповеди, и привносят в нее что-то помимо общей ее формулировки.

Перед тем, как рассмотреть вопрос, почему именно тут упоминается мотив осквернения и наказание, которое следует за ним, хотелось бы попробовать охарактеризовать две части заповеди, два аспекта, в которых они различаются.

Первое различие – грамматическое лицо, в котором Бог обращается к Израилю. В первой части заповеди обращение к Израилю во втором лице, а во второй части, об Израиле говориться в третьем лице. И это очень заметно, когда мы разбираем хиястическую структуру отрывка, которая подчеркивает параллельность стихов и тут сразу бросается в глаза изменение грамматического лица. Так например стиху «Ибо это – знамение между Мною и вами» (второе лицо в первой части) параллелен стих  «Между Мною и сынами Израиля она – знамение вечное» (третье лицо во второй части). Стиху «Соблюдайте же субботу» (второе лицо в первой части) соответствует: «И пусть соблюдают сыны Израиля Субботу» (третье лицо во второй части), и т.д.

Чтобы понять почему в двух частях заповеди различается грамматическое лицо, в котором Писание говорит об Израиле, обратим внимание еще на одно различие между двумя частями.

В первой части главной темой является повеление о Святости. Не один раз в разной связи говорится о том, что Суббота свята. И это подчеркивание Святости не повторяется во второй части заповеди. Там она не упоминается ни одного раза.

Если мы проследим за появлением понятия Святости в первой части, то увидим интересное явление:

а. Бог освящает Израиль: «Я Господь, освящающий вас».

б. Израиль освящает субботу: «Соблюдайте же субботу, ибо Святыня она для вас»

г. Всевышний освящает Субботу: «Суббота покоя, Святыня Господу».

Таким образом, Суббота: «Святыня она для вас», также и «Святыня Господу» и также Израиль становятся Свят для Господа. Другими словами, представляется, что Всевышний желая освятить Израиль дал им прекрасный подарок, который был спрятан в Его сокровищнице Святости, подарок Священный Ему. И когда также и Израиль освятит Субботу, они также освящены святостью Субботы для Господа. С помощью Субботы, которая освящена для Израиля и для Бога Израиль становится Священным для Всевышнего.

В нашем недельном разделе Моисей цитирует заповедь о Субботе, которую передал ему Бог. И он соединяет эти вещи:  «Шесть дней можно делать работу, в день же седьмой да будет вам Святым, Суббота покоя Господу; всякий, производящий в этот день работу, предан будет смерти» (35:2). Седьмой день будет для вас Святым, —  с одной стороны, а с другой стороны этот день отдыха для Бога. Эти две важные стороны заповеди отраженны в словах Моисея. И это соответствует смыслу длинного повеления Всевышнего, которое мы выше анализировали.

С этим «романтическим» мотивом мы встречаемся каждую субботу в песне раби Шломо Алькабеца «Леха Доди». Мы учили, что Израиль соблюдая Субботу свидетельствует о том, что  Всевышний сотворил мир. Т.е. Израиль предстает перед реальностью мира, прекращают свою работу и всякое творчество, и свидетельствуют  этим самым, что весь мир сотворен Богом и постоянно обновляется. Однако тут, с помощью Субботы Израиль предстает перед Богом, и освящаются Ему. И это Святость, в которой есть переход к конкретной реальности.

Во второй части разбираемого отрывка Писание возвращается к известному аспекту Субботы. И в этой части, Суббота не является знаком освящения Израиля Богом, но знаком, который возвещает о том, что «в шесть дней создал Господь небо и землю, а в день седьмой перестал работать и отдыхал». И тут возвращается Писание к тому смыслу, который был дан Субботе на Синае и соединяет его с интимным значением Субботы, связанным со Скинией, с системой отношений Святости между Богом и народом.

Мотив Святости на котором основывалась первая часть повеления исчезает из второй его части. Поэтому можно понять, почему именно в первой части отношения Бога и Израиля описываются в первом и втором лице, как бы отражая разговор между ними. Так как в этой Святости, Израиль предстоит прямо перед Богом. Однако, во второй части об Израиле говориться в третьем лице, так как тут Израиль предстоит перед реальностью и свидетельствует о том, что Бог – Творец. Но в этом аспекте он не в положении интимной встречи с Богом.

Из-за этой Святости подчеркнутой тут в повелении о Субботе, также возникает и мотив осквернения (и он основан на том, что Суббота – изначально Священна), а также и вопрос наказания за это осквернение.

Теперь нам осталось объяснить, почему именно в связи с работами по построению Скинии Писание приводит нам аспект Святости Субботы, которая освящает Израиль для их Отца Небесного. Представляется, что ответ на этот вопрос заключается в том, что Скиния тоже Свята. И после того, как Израиль услышал  о Дома Бога, о Скинии,  которая учит Израиль, что существует онтологическая Святость места, он уже может осознать, что существует и онтологическая святость времени. Если есть одно место, которое более свято, чем другие места, то можно понять, что есть время более святое, чем другие времена. И эта Святость несет с собой возможность ее осквернения, и также и наказания за это.

Когда наши мудрецы учат нас, за какие именно работы в Субботу полагается наказание (смерть за намеренное нарушение и жертва хатат за нарушение по ошибке), они основываются на близости между темой Скинии и темой Субботы. Именно отсюда мы можем выучить идею об осквернении, и именно отсюда можем выучить о наказании. Это специфическая заповедь о Святости Субботы ведет за собой как возможность ее осквернения, так и наказание за осквернение Святости.

−−−−−−−−−*−−−−−−−−−

Перевод статьи с сайта Танах колледжа «Гецог»

 

 

 

 

 

Динамика святости и будничности в процессе Геулы

Национальное возрождение народа Израиля, которое нашло свое выражение в сионистском движении и строительстве Государства, включает в себя разные пласты, которые можно обобщенно отнести к двум областям: возрождение будничности и возрождение святости.

Возрождение будничности включает в себя возвращение в нашу жизнь всех тех областей, которые мы не могли развивать в тяжелую эпоху изгнания. И это включает в себя государственную жизнь, экономику, армию, культуру и искусство.

В начальный период сионизма религиозные лидеры возражали против того, чтобы сионистская организация занималась вопросами культуры и религии. Они опасались, что это не даст возможности взаимодействия различных частей народа, и послужит препятствием к достижению политической цели, к которой все стремятся, – т.е. к созданию Государства. Но рав Кук занимал в этом вопросе иную позицию — он считал, что без культурного возрождения невозможно создать самобытную национальную цивилизацию, и поэтому сионизм обязан заниматься культурой, даже если это приведет к спорам и конфликтам о том, какой именно эта культура должна быть. (Игрот Реайа стр. 158) .

А возрождение святости заключается вовсе не в возвращении к религиозности в ее традиционной форме (в которой внимание уделялось исключительно духовной судьбе индивидуума, т.е. оно состоит не в том чтобы при возрождении государства нерелигиозное еврейство возвращалось к исполнению заповедей — хотя, конечно, это было бы хорошо и позитивно). Суть возрождения святости заключается в ином — в активации святости заключенной в природе.

Святость сама по себе, в отрыве от будничности – является «слабой святостью», и она не может вознести общественную жизнь и все человечество. В самой сущности будничности заключена внутренняя (имманентная будничности) сила святости, которая не могла проявиться в эпоху изгнания. Это святость, которая заключенная в природе, — она раскрывается в процессе Избавления (см. Орот стр. 85, Орот hа-Кодеш ч.II, Общая Святость, 23). Отсюда мы понимаем, что возрождение будничности само по себе является также и возрождением святости, а не только предшествует ей.

Когда некоторые религиозные идеологи отрицают ценность возрождения будничного, объявляют участие в сионистском движении «опасной авантюрой» и поднимают знамя религиозное обособления, – это ослабляет святость, которая не может существовать сама по себе, без жизненной силы будничности.

«В кругах святости, с другой стороны (т.е. в отличие от академических кругов, которые иссушают святость), происходит ослабление силы из за недостатка влияния бренности, будничности… Мы призваны раскрыть основы духовного единства, наш уникальный секрет, который не был открыт другому народу». (Игрот Реайа, 748).

Религиозная святость, которую рав Кук называет «обычная Святость» – это только одна из сторон раскрытия Высшей Святости. Полноценное же раскрытие этой Высшей Святости, действующей во всех сферах жизни —  проявляется во всей полноте лишь посредством сочетания различных идентичностей, составляющих общественное лицо Израиля, при котором традиционные религиозные  подходы интегрируются с национальными и с  универсальными идеалами (см. Орот стр. 70-72). И именно в этом состоит миссия поколения возрождения.

Святость и прославления

Святость наличествует также и в природе, и она скрытым образом действует в мире.

В соответствии с простым смыслом Писания начало стиха «И когда войдете в страну и посадите какое-либо дерево плодоносное» служит предисловием к указанию: «то считайте плоды его за необрезанные; три года да будут они для вас необрезанными, не должно есть их» (Левит 19:23). Однако толкование придает этому предложению и отдельный, собственный смысл. И так говорит мидраш: Какой смысл слов из Второзокония (13:5) – «и к Нему прилепитесь»? В начале Сотворения Мира Всевышний не занимался ничем другим, а начинал с насаждений. Как сказано в книге Бытия (2:8) – » И насадил Господь Бог сад в Эдене». Также и вы, когда придете в свою Страну, начинайте с насаждений. И поэтому написано: «И когда войдете в страну и посадите какое-либо дерево плодоносное».

Мы обычно понимаем прилепленность к Всевшнему как подражание Его свойствам (как объясняет нам мидраш Сифри к главе Экев, 49), или, как подражание мудрецам (Ктубот 111б), — и имеется в виду духовные действия. Тут же мы встречаемся с другим видом прилепления, через пасторальную природу, через насаждения.

Соединение с природой в нашей традиции не является само собой разумеющимся. Отвращение к языческому миру, обожествляющему природу без всякой связи с моралью, существует в народе Израиля на протяжении всей его истории. Вместе с тем, вера в Единство обязывает признать присутствие Бога во всем. И это основа понимания того, что святость наличествует также и в природе, и она скрытым образом действует в мире. Рав Кук разъяснил (Орот hа-Кодеш, ч. 2, Общая Святость, 23), что святость, заключенная в природе, требует проявления в реальной жизни – и это то, что в начале возрождения народа приводит к появлению нерелигиозного сионизма. Против такого подхода выступает религиозное движение, которое представляет «обычную Святость», воюющую с природой.

Поскольку оба движения питаются от одного корня, от Высшей Святости, нет возможности чтобы одна из них окончательно победила другую. Это похоже на описанную в мидраше борьбу Левиафана с Диким Быком, которая должна случиться в Конце Дней. И в этой борьбе они оба погибают и из них подают трапезу праведникам, — тем, кто наблюдал процесс объединения двух Святостей и радовался ему.

Встреча со Святостью, которая в природе —  происходит, в частности, при благословении пищи. Раби Акива утверждал, что есть обязанность произносить благословение перед едой в соответствии со «Святостью Восхваления», описанной в нашем недельном разделе, Кедошим — Левит 19:24: «А в четвертый год все плоды его священны для восхваления Господа». Три года отказа от стремления съесть плоды дает человеку уровень Святости, который поднимает его над природой. И исходя из этого он приходит благословлять еду. Благословение не освящает еду, как это принято полагать у других народов, — а наоборот, оно переводит еду из святого в обычное состояние. Еда с помощью благословения выходит из статуса природной Святости — а иначе пользование ею было бы запрещено. И наши мудрецы говорят, что получать удовольствие от этого мира без благословения – профанация святости. Еда поднимается снова и освящается через святость души морального человека, когда он «ест и насыщается и благословляет Бога» – в благословении после еды. И таким образом завершается круг соединения с природной Святостью.

Войти и выйти

Высшая радость в Судный день была не в тот момент, когда священник заходил в Святилище, но, когда он выходил оттуда.

Есть три возможности войти в Святилище. Первая, это быть подобным Моисею, который входил и выходил без всякой особой подготовки, без облачения священника, без принесения жертв, без отпущения козла в пустыню. Моисей – пример идеального человека, в котором нет никакого изъяна, от него не требуется ничего в себе исправлять, а лишь только слушать Божественное Слово, которое исходит между херувимами.

Вторая возможность, это быть подобным Аарону, выполнить предварительно весь порядок служения, описанный в главе «Ахарей Мот». Аарон в чью задачу входит приближение далеких и исправление их грехов, может зайти в Святилище только, если он сделал все необходимое для того, чтобы ликвидировать препятствия, тот след, который грехи оставили в народе. Для этого нужно принести в жертву быка, который символизирует действующую силу жизни. Нужно сделать разделение между бурными силами души, подходящими для присоединения к святости – и их символизирует козел, которого приносят в жертву в Храме, и теми силами, которые нужно устранить из души, подобно козлу отпущения, отсылаемому в пустыню. Слово означающее бурные чувства на иврите происходит от того же корня, что и слово «козел» (сеир).

Третья возможность предназначена для тех первосвященников, которые служили в Храме следующих поколений. Не для самого Аарона, а для его потомков. Для них необходимо особое время, которое даст им возможность нести бремя искупления грехов Израиля.  И это происходит один раз в год, в Судный день, в день, предназначенный для искупления.

Страсть к святости, стремление соединиться с Источником Жизни, постоянно присутствует в душе человека. Это стремление несет в себе и опасность, как мы видели на примере сыновей Аарона, которых пожрал небесный огонь.

В описании порядка служения все время повторяется имя Аарона: скажи Аарону, и дал Аарон, и принес Аарон и т.д. Но когда Тора описывает служение в Святилище, имя Аарона исчезает из текста: И возьмет полный совок, и положит курение, и окропит и т.д. И трудно понять, в чем смысл Писания, говорящего: «Ни один человек не должен быть в шатре соборном, когда он входит для искупления во святилище, до выхода его». Ведь один человек все же есть там – это сам Аарон! И надо понять так, что в тот момент Аарон незначителен по сравнению с происходящим. Это временное исчезновение личности в месте Откровения. И в такой ситуации может случиться, что священник не захочет возвращаться в наш мир, после того, как ощутил это растворение пред видом Божественного Присутствия. Такое поднятие – это высшее наслаждение для первосвященника, но оно не приносит пользы тем, кто его послал, народу Израиля. Его послали для того, чтобы принести от Корня Жизни изобилие чистоты народу. Поэтому, как это нам рассказывает книга Зоhар,  привязывали веревку к ноге первосвященника, чтобы он не забыл о существовании внешнего мира, который он послан исправлять.

Поэтому высшая радость в Судный день была не в тот момент, когда священник заходил в Святилище, но, когда он выходил оттуда. И так сказано в стихе, произносимом в службе Судного Дня: «Как прекрасен был первосвященник – выходя!»

Глава Эмор

И если вы потомки Аарона, это обязывает вас вести себя в соответствии со стандартами святости, соответствующими личности Аарона

Читать далее »